Санкт-Петербург, 1720 г. ноября 1
Российский государственный архив древних актов
Ф. 7. Преображенский приказ, тайная канцелярия и Тайная экспедиция. Оп. 1. Д. 68. Л. 6–11.

Бумага, чернила; скоропись.

В составе Государственного архива Российской империи.

<…> (л. 6) Поймали они мужика, которой им сказался, Иваном зовут, Абакумов сын Протопопов. А отец у него казнен смертью, а духовного отца он у себя не объявил. Которого они привели в Духовной приказ для того: в прошлом, де, году тому лет с восмь по смерти подьячего Федоровой матери Чистова Афросиньи жена ево Федорова Анна сказывала им: как, де, свекровь ее, помянутая Афросинья была жива, (л. 6об.) и в болезни ее при смерти в доме у них в избе с нею Офросиньею, где она лежала, он, Иван, при ней был один, и как, же, она Анна из горницы пришла в тое избу, и она, де, Офросинья, незнамо что жует, и он, де, Иван, сидя при ней, говорил ей легонько: «не вырони изо рту».

И по смерти ее просил он тело ее, чтоб погрести во рву или в пустыни и поминать по своему, и муж, де, ее Федор Чистой в то время на него, Ивана, кричал много и говорил, чтоб ево привесть в приказ, куды надлежит, и он, де, Иван ушол. А после, де, того они, поп и дьякон, видали ево, Ивана, в домех у раскольников, у Назара Носова, у Григорья Яхонтова, когда они бывали в тех домех со святынею, и он, де, Иван ко кресту и ко священной воде и к благословению не подхаживал. <…>

(л. 7) Отец, де, у него был Абакум Петров, служил в Юрьевце-Поволском в соборной церкви протопопом, и во 159-м (1650/51) году из Юрьевца поехал в Москву с патриаршею денежною казною. И с Москвы в Юрьевец не бывал. А он, де, Иван в то время был по седьмому году и жил там с матерью своею года с три, а потом отец ево к ним писал, что он (л. 7об.) послан в сылку в Сибирь, а за что и смертью там казнен ли не знает.

И он, Иван, с матерью своею во 162-м (1653/54) году съехали на Холмогоры и жили десять лет, а потом жили в Холмогорском уезде в селе Окладникове, и был он тут во дьячках десять лет же. А в 200-м (1691/92) году он, Иван, с матерью своею приехал в Москву и жили в Елохове у церкви Богоявления Господня у посадского человека Меркула Лукьянова з год, и после того перешли в приход Троицы, что на Шаболовке в дом капитана Якова Тухачевского, в котором он жил и доныне по поручной записи. А мать, де, ево умре тому седьмой год и погребена при той же Троицкой церкви.

(л. 8) Отец, де, ево жил в Москве один три года, а потом их взял в Москву, и жили у Троицы на Рву своим двором, и служил он, отец ево, в Казанском соборе, и народ учил и за противное раскольническое учение и за неприятие новоисправных книг сосланы с ними в Сибирь, а потом в Дауры и сан священства с отца ево снят, и потом паки взяты они были в Москву.

И в 169-м (1660/61) году из Москвы отца ево послали в Пустоозеро и там созжен. А он, Иван, с матерью и з братом сосланы были в сылку на Мезень, и жили там лет с тридцать. А как, де, князь Василей Голицын послан был с сылку на Холмогоры, и оттуда поехал в Пустоозерской остров ладьею по море. И оную, де, ладью розбило и для того, де, жил он на Мезене четыре года. И он, Иван, бил челом ему, Голицыну, о свободе (л. 8об.), и он, Голицын, принимая у него челобитные, отсылал к брату своему князю Борису Алексеевичу Голицыну, и предстательством ево по указу великого государя он, Иван, с матерью и з братом оттуда свобождены тому лет с двадцать, и в Москве явились в Стрелецком приказе боярину князю Ивану Борисовичю Троекурову, и он, де, приказал им словесно жить в Москве свободно, а письменного, де, о том им указу не дано. И в Москве, де, с матерью и з братом  жили они в выше писанных местах, в Ехалове и в Троицком приходе и доныне откуда взят он в Приказ церковных дел. 

В 1-м же. Подьячего Федора Чистова и жену ево Анну и мать Офросинью он знает (л. 9) потому, что прихаживал к ним по милостыну, и при смерти,де, ее Офросиньи в доме ево, Чистова, был он с отцем ее духовным выше помянутой Троицкой церкви с попом Филипом для прощения. И тот, де, поп в то время ее Афросинью исповедал и причастил. И с того двора он, Иван, сошел с ним же попом вместе, и на другой день она Офросинья умре и погребена у прихоцкой церкви Вознесения Господня. А один, он, Иван, при смерти ее Офросиньиной к ней не прихаживал, и в избе, где она больная лежала, не был, и в рот ей ничего не давал, и жевала ль, де, она что или нет, того не знает, и при выше писанной Чистова жене Анне таких слов что «не вырони изо рта» не говаривал, и по смерти ее тела для погребения во рву или в пустыне и для поминовения (л. 9об.) по-своему не просил. <…>

Во 2-м. Вознесенной поп доносил на него, Ивана, в противном сложении перстов, (л. 10) а он, Иван, то противное сложение перстов имел, впредь в православной вере с протчими христианы хочет быть в соединении непременно до скончания жизни своей. А прежде бывших еретиков и противников святыя церкви и им последовавших и ныне последующих проклинает и анафеме предает, тако ж и отца своего Абакума он, Иван, за православнаго не приемлет, и вменяет ево за сущаго церкви святей противника, и в тех злых ево дел отрицается. А в [1]716-м и в [1]717-м годех он не исповедывался, а в [1]718-м и [1]719-м годех исповедывался у попа Иакова, что на Псковском  подворье, а не причащался от своего произволения. А в нынешнем году исповедывался и причащался у попа Тихона Леонтьева, что в Якиманской, для того, что выше писанной Троицкой поп Филип умре <…>

(л. 11) И по челобитью помянутого и по помете резанского митрополита из Духовного приказу он свобожден на поруки, и в статье в тот приказ по вся дни собрана по нем поручная запись.

См. также:
Москва, 1720 г. до ноября 1
Российский государственный архив древних актов
Ф. 7. Преображенский приказ, тайная канцелярия и Тайная экспедиция. Оп. 1. Д. 68. Л. 1–16.

Подлинник.

Бумага, чернила; скоропись.

В составе Государственного архива Российской империи.