Соловецкий остров, 1675 г. ноября 23
Российский государственный архив древних актов
Ф. 125. Монастырский приказ. Оп. 1. 1675 г. № 20. Л. 1–7.

Подлинник.

Бумага, чернила; скоропись.

В составе МАМЮ.

(л. 1) Государю царю и великому князю Алексею Михайловичю, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу, холоп твой, Ивашко Мещеринов, челом бьет.

В прошлом, государь, во 183 (1675) году, июля в 18 день да августа в 24 числех, к тебе, великому государю царю и великому князю Алексею Михайловичю, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу, к Москве в Новгородцкой приказ писал я, холоп твой, о присылке ратных людей и гранатных больших штипудовых пушек и к ним ядер, да к прежним к дву медным гранатным пушкам пудовых и двупудовых гранатных же, да ручных шти и четырех и двуфунтовых гранатных же ядер, да для раненых стрельцов лекарств, да пороху и зажигальных припасов и подкопных мастеров, и больным и раненым стрельцом збитню. Да я ж, холоп твой, писал и посылал многажды на Двину к думному дворянину и воеводе к Федору Полуехтовичу Нарышкину да к дьяку к Афонасию Зыкову о присылке пороху двусот пятидесяти пуд, да свинцу ста пуд, да дватцати пуд фитилю и пушечных ядер, да десяти пуд серы горячей, и больным и раненым стрельцом сбитню ж. И в нынешнем, государь, 184 году сентября 17 день, за вины думной дворянин и воевода Федор Полуехтович Нарышкин да дьяк Афонасий Зыков прислали ко мне, холопу твоему, на Соловецкой остров с московским стрельцом с Ивашком Мохнатиным пороху сорок два пуда тритцать шесть фунтов и з деревом, да к девяти пушкам сто ядер по четыре и по получетверта фунта ядру. <…>

(л. 3) <…> А в твоих, великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, грамотах писано ко мне, холопу твоему, велено над соловецкими ворами промысл чинить со всяким усердием и радением, чтоб их воровство и мятеж искоренить вскоре и по твоему, великого государя, указу я, холоп твой, их воров осадил накрепко со все стороны и от прежних, государь, городков, которые к тебе, великому государю, я, холоп твой, послал на чертеже, шанцами подошел к самым ближним местам к городовой стене, и построил городки, и шанцы выкопаны по обе стороны монастыря от морские губы до Святого озера и от Святого озера до морские же губы. <…>

(л. 4) И из мелкого оружья, как был порох твой, великого государя, ратные люди по ворам стреляли беспрестанно, и не мочно было им, ворам, и по монастырю пройти. А как, государь, порох весь розстреляли, и ныне твои, великого государя, ратные люди из ближних городков и из шанец бьютца с ворами из рук каменьем. А как, государь, в июне и в ыюле месецех ис прежних городков, которые были построены в прошлом году, стреляли из гранатных пушек, и многих их, воров, в монастыре побивало, и руки и ноги отрывало, и они, воры, в туманные дни и в то время, как шанец в тех ближних местах не было, из монастыря тех побитых и рваных воров выносили в убогой дом к Анофрею, и завертя в парусину без гробов, в анбар и метали. И как, государь, твои, великого государя, ратные люди дошли шанцами до Анофриевские церкви и до убогово дому, и в том убогом дому осмотрели, наношено сего лета трупу рваного человек з дватцать чернцов и бельцов. <…>

(л. 5) Видя, государь, их воровские вымыслы и крепости, в летнее время к ним, ворам, никоторыми делы приступать и промыслу над ними <...> чинить не мочно, потому... что в летнее время промысл чинить над ними [мочно] толко з дву сторон, а з две стороны, от моря и от Святого озера, промыслу чинить и помыслить не мочно, потому <...> что вода по обе стороны по самую стену, да и показатца <...> под городовую стену никоторыми делы будет не мочно, потому <...> что на острову ночи бывают во все лето светлые, как день, до самые осени, а зимою <...> над ними, ворами, ис тех самых городков и шанец <...> промысл чинить можно со всех сторон, потому <...> что морская губа и Святое озеро стали и круг башен и стен доски з гвоздьем запали снегом.