Москва, 1668–1669 гг.
Российский государственный архив древних актов
Ф. 27. Приказ тайных дел. Д. 593–594. Л. 1–1об.

Подлинник. Автограф.

Бумага, чернила; скоропись.

В составе Государственного архива Российской империи.

Опубл.

Барсков Я.Л. Памятники первых лет русского старообрядчества. СПб., 1912. С. 38–39; Библиотека литературы Древней Руси. СПб., 2013. Т. 17: XVII век. С. 285–286.

(л. 1) Благочестивому и чадолюбивому моему и свету душе мо[е]й и радости мо[е]й неизреченой, батюшку Авакуму Петровичю грешная твоя и недостойная, и ленивая, и во гресех живущая, и нетерпеливая всем человеком дасадница, и никому ничево добрава не сотворила. Ведает Христос Саздатель мой, хочетьца с Ним быть, да как Он, Свет, подасть помощи, да надеюся грешница на святых атец и ваши праведныя молитвы; молю, милостивой мой, со слезами и прошу твоего благословения и молитвы, батюшка христолюбивой мой. Люта, люта мне грешнице в таких печалях. А духовныя наши все розна стали, не много, которы правды вовсе держатца. Да не диво так, батюшка: время то пришло. Прости меня, Христа ради, а я всех пушьша согрешаю. А дети твои не так живут, как ты: пошли за Федором ходить и у нево перенели высокоумья великое на себя, и гордость положили, и никово человека не поставили, и всех стали абманавать. Так их сьель – и дюшю, и тело; така ане не атстанут; не познали за грех, за нево умирають. Только милостив Христос, за твои молитвы не аставить, вос познаютьца.

Люта мне грешнице. А я сама такава была, чаела себе всево добрава спасения, да немного душю не потеряла. Лють сей человек; така не покаеца. Многа была писать, да нельзя. И сам ты, свет мой, урозомел, и мне говаривал, и я, грешница, мала слушела, у тебя жа молила: вели жить. А все то сотана виноват, ишеть, как бы душю т[ь]мою поглатить (л. 1об.) Да велико милосердие Божия и твоя молитва, и што меня Бог помиловал, што нет ево у нас. Многа тово писать, што и уму не постижно козней ево. Сотана лють, батюшка, а и горами качаеть, а нами ему не диво покачать. Тол[ь]ка велика милосердие Божие. Пиши, светь, детем горазда и запрети, чтобы им с ним не знатьца, и помолися за меня, штобы и меня Бог избавил от него. И тому Федору во всем запрети, чтобы в пакаян[и]и был. Тол[ь]ка тебя послушет, станеть каеца. Так ведаешь, што милостив Христос. А што х тебе ни пишить, то все лош, прости меня Христа ради. Ну да, чю, послушеть ли тебя? Бога забыл и дете[й] твоих всякому злу научил. За то та на меня твои дети и печальни были. А я на них не дивую; и сами ани тому не ради – им он видица.

На л. 1об. адрес: «Прости меня, грешницу, добрай человек, желея так, писала со слезами. Батюшку Аввакуму Петровичю».

На л. 1об. между строк, другой рукой: «Великому господину святейшему Иоасафу, патриарху московскому и всеа Росии, челом бьет».